От составителя
Откуда взялся Лимонов? Его парадоксальная и при этом удивительно цельная личность — загадка, которая занимает читателей и исследователей уже много лет. Лимонов будто и сам изумлялся себе — книга за книгой он препарировал собственную жизнь. Ранняя проза, дневники, письма, собранные в этой книге, позволяют подступиться к разгадке вплотную: здесь Лимонов ещё только становится Лимоновым.
В опубликованных при жизни писателя книгах московский период намечен лишь пунктиром. Харьков, Нью-Йорк, Париж описаны подробно, а Москву он упоминает вскользь, в рассказах и публицистике, но отдельной книги о ней не было. Между тем здесь провинциальный поэт-авангардист превратился в бесстрашного хулигана литературы, сделавшего собственную биографию главным писательским материалом. Борьба с нищетой, погружение в столичную богему, страстный роман с Еленой Щаповой и, наконец, эмиграция — всё это уместилось в несколько стремительных московских лет.
Роман «Москва майская», изданный уже после смерти Лимонова, частично заполняет эту лакуну. Однако действие книги заканчивается до поворотного момента — встречи автора с Еленой, женой успешного художника Виктора Щапова, в которую он без памяти влюбился. Именно разрыв с Еленой болезненно переживает главный герой романа «Это я — Эдичка». В день знакомства Елены и Эдуарда нас подхватывает книга, которую вы держите в руках.
Пора рассказать об истории текстов, которые в неё вошли. Покидая СССР, Лимонов взял с собой дневники за несколько лет, стихи, первые прозаические наброски. Часть этих материалов — прежде всего дневники — он позже, переезжая из Нью-Йорка в Париж, передал молодому учёному из Техасского университета в Остине Илье Левину; другую часть — Вагричу и Ирине Бахчанян, друзьям ещё по харьковским временам, также эмигрировавшим в США. В черновике письма, написанного во время расставания с Щаповой, в феврале 1976 года, есть такие строки:
«Прошу тебя, как единственного друга. Для поэта самое дорогое — его рукописи. Сохрани эти два чемодана, что стоят в шкафу — (в одном из них ещё иконы) — сохрани до листочка — ты это понимаешь. Возьми эти чемоданы к себе — не доверяй их никому — никакому Баху или Ирине».
Несмотря на предостережение, при переезде в Париж Лимонов всё-таки доверил рукописи как раз Вагричу и Ирине, и благодаря им тексты дошли до нас. На полях письма другой рукой, простым карандашом сделана приписка: «Именно они и сохранили! IB» (IB — подпись Ирины Бахчанян.)
Архив Вагрича и Ирины Бахчанян был приобретён в 2013–2015 годах библиотекой Хесбурга Университета Нотр-Дам (Индиана, США). Машинописный дневник 1971 года, «Я не хочу быть простым человеком» и несколько писем, приведённых в настоящей книге, происходят из этого собрания.
Вторую часть своих бумаг Лимонов в 1980 году передал Илье Левину. Долгое время этот массив текстов ошибочно разыскивали как «архив Джона Боулта», поскольку так его обозначил в «Книге воды» сам Лимонов:
«Уезжая в 1980 году из Америки, я передал их в архив слависта Джона Боулта из Техасского университета в г. Остин. Впоследствии Джон Боулт передал эти километры рукописей со сквозной нумерацией (я помню, что была там и страница 1235 уж точно) ещё в какой-то университет. Так что они где-то есть, эти километры. Когда неприязнь ко мне как к председателю Национал-большевистской партии* рассеется, эту тысячу с хвостом страниц начнут изучать».
Сам Джон Боулт не раз с недоумением отвечал на просьбы исследователей раскрыть судьбу «лимоновских километров» — никаких таких рукописей в его фондах не было. Путаница возникла, потому что рукописями писателя заинтересовался не Боулт, а Илья Левин, тогдашний его коллега, аспирант по кафедре сравнительного литературоведения. Именно он предложил писателю передать бумаги в 1979 году. Спустя три десятилетия, работая над «Книгой воды» в тюрьме, сам Лимонов случайно отправил исследователей по ложному следу, перепутав имя хранителя архива.
Недавно Илья Левин передал хранившееся у него собрание лимоновских бумаг в Архив русской культуры Амхерст-колледжа. В этом томе публикуется несколько писем и фотографий из данной коллекции, рассказ «Автопортрет без Елены», а также 79-я страница машинописного дневника, утерянная в копии Бахчаняна.
Теперь, когда мы проследили путь рукописей, пора обратиться к их содержанию.
Лимонов вёл дневники всю жизнь. Это многие тысячи страниц, что удивительно, если помнить, что помимо них он успел написать более семидесяти книг. Некоторые тетради уже обнаружены, другие ещё предстоит найти, и ни одна до сих пор не была опубликована. В настоящем сборнике читатель впервые увидит часть дневника — с 6 июня по 27 декабря 1971 года**. Почему эти месяцы? Дело в том, что Лимонов сам «подготовил» эти страницы для чужого взгляда — перепечатал рукопись, кое-что вычеркнул, кое-что подправил и снабдил комментариями. Поначалу он даже пытался разбить материал на главы, но быстро отказался от этой идеи. О важности текста косвенно свидетельствует и то, что он сохранился в двух экземплярах: в Университете Нотр-Дам и в Амхерст-колледже.
Эти страницы повествуют о знакомстве с Еленой Щаповой, краеугольном событии в жизни Лимонова. К тому времени писатель уже более трёх лет живёт в Москве и прочно обосновался в столичной богеме. Зарабатывает он пошивом брюк на заказ и продажей самодельных поэтических сборников. Именно тогда он перестаёт быть, по собственному выражению, «боязливым неучастником, наблюдателем жизни» (альманах «Апполон-77»). Теперь сам писатель — объект и герой своей поэзии, стремящийся «отстоять свою отдельную странность и право на неё».
Где проходит граница между художественной автобиографией Лимонова и его подлинной биографией — вопрос, который не перестаёт волновать читателей и после смерти автора. Теперь у нас есть шанс увидеть события его жизни «в прямом эфире», а не через призму времени и художественного переосмысления. Этот Лимонов и очень узнаваем, и такого Лимонова мы видим впервые.
Если дневник фиксирует жизнь почти без фильтра, то следующий текст сборника показывает, как Лимонов начинает эту жизнь перекраивать. Незаконченный рассказ, названный нами «Автопортрет без Елены», — ранняя попытка автофикшна. Текст построен в форме дневника, но даты в нём даны абстрактно («31 весны»). Рассказ полон хронологических противоречий, из-за которых его сложно датировать: так, некоторые события указывают на 1968 год, а другие позволяют думать о 71-м. Вагрич Бахчанян выписан в рассказе под именем «Н-ов». Появляется и некая «Лена» — привлекательная соседка по коммуналке, но сложно сказать, навеян ли этот образ Еленой Щаповой, или она ещё не появилась в жизни Лимонова на момент написания текста. В любом случае рассказ обрывается припиской «Нет нет — так писать нельзя. Чрезмерно быстро. И нет стиля дневникового».
Но отброшенный метод не пропал. Третье произведение сборника — «Я не хочу быть простым человеком» (1972) — уже более зрелое и объёмное, балансирует между дневником и художественной прозой. Параллельно с работой над этим текстом Лимонов вёл и настоящий дневник, где 24 августа 1972 года, на странице 2229, отметил:
«Сегодня я спал мало. С 4х часов до пол-девятого писал на больших листах не то роман, но что-то такое. Проснулся. Дождь. Письма от масеньки нет. Зато дождь. Не жарко — хорошо. Грустно, грустно быть выдающимся в ермолке и с усами».
В этом «не то романе» нет второстепенных эпизодов: встреча с любимой после долгого расставания также важна для автора, как описание обеда. Всё подчинено одной цели — всепоглощающему самоанализу, в котором автор пытается найти ответ, почему он «герой, а все иные — нет».
Не найдя ответа, Лимонов резко заканчивает этот экспериментальный текст, в котором звучат идеи и интонации, позднее полностью раскрывшиеся в его зрелых произведениях.
Особняком в сборнике стоят письма к Елене Щаповой. Если первые произведения показывают зарождение их романа, то эта переписка переносит читателя на 10 лет вперёд. После тяжёлого разрыва 1976 года, переживание которого Лимонов описал в «Это я — Эдичка», отношения возобновились, и с 1979 по 1983 год Щапова и Лимонов снова были вместе. Большая часть переписки тех лет уже опубликована в книге Елены Щаповой «Письма любви»***, однако ряд писем туда не вошёл; именно они представлены в сборнике. Эти тексты служат своеобразным эпилогом к их отношениям, начало которых мы наблюдали в «Дневнике» и «Я не хочу быть простым человеком».
И здесь пора вернуться к вопросу, с которого мы начали.
Откуда же взялся Лимонов?
Ответ он дал сам в «Я не хочу быть…»:
«Лимонов — создал Лимонова. Лимонов написал Лимонова».
Он и был своим главным автором — человеком, который непрерывно записывал, моделировал и проживал себя одновременно. Значимым импульсом в этом процессе стала его любовь к Елене Щаповой. Подтверждение тому — запись в дневнике 30 августа 1972 года [стр. 2251]:
«А между прочим — я твоё произведение. Ты меня таким сделала. Вот бери меня пожалуйста и пользуйся теперь. Сама сделала. Вот и бери».
Стремясь соответствовать Елене — а точнее, созданному им же идеалу, — Лимонов всё настойчивее хотел «создать из себя тип человека и литературного героя».
Собранные в этой книге тексты позволяют увидеть, как в ранних дневниках и первой прозе кристаллизовалась личность, которой суждено было через несколько лет взорвать русскую литературу.
В конце книги читателя ждут комментарии Даниила Духовского — литературного секретаря и друга Лимонова. Подробный путеводитель по людям, местам и обстоятельствам, без которого многое в этих ранних текстах осталось бы непонятным.
Денис Изотов
* Деятельность общественной организации в Российской Федерации запрещена. — Прим. ред.
** Машинопись заканчивается на середине 24 декабря. Последние три дня календарного года добавлены из рукописного дневника.
*** Щапова де Карли Е. Эдуард Лимонов. Письма о любви. М.: Зебра Е, 2024.
